Большая игра за кабель: почему проект Great Sea Interconnector оказался на грани

Проект Great Sea Interconnector (GSI), который должен соединить энергосистемы Греции, Кипра и Израиля, всё больше напоминает не столько инфраструктурную инициативу, сколько геополитическую драму на острове Кипр. Задуманный как решение проблемы энергетической изоляции Кипра, он превратился в сложный узел экономических расчётов, политических компромиссов и регионального противостояния. Сегодня проект находится в точке, где решается его судьба: станет ли он флагманом энергетической интеграции Европы или пополнит список амбициозных, но нереализованных инициатив.

Проект, который должен был изменить карту региона

Идея соединить Кипр с европейской энергосистемой обсуждается уже более десяти лет. В основе GSI — прежняя концепция EuroAsia Interconnector, которая должна была связать Восточное Средиземноморье с энергосетью ЕС. Для Республики Кипр это не просто инфраструктура. Это — выход из энергетической изоляции: остров остаётся единственной страной ЕС без электрического соединения с континентом. Именно поэтому проект получил мощную поддержку Европейской комиссии, которая выделила на него 658 млн евро. Более того, ENTSO-E признала GSI единственным проектом, соответствующим европейскому законодательству для подключения Кипра.

Перемирие вместо прорыва

Последние два года вокруг проекта сопровождались напряжённостью между Афинами и Никосией. Однако в 2025 году ситуация изменилась: стороны объявили фактическое «перемирие» и договорились начать всё заново — с обновления технико-экономического обоснования. Это решение было принято после встречи президента Кипра Никоса Христодулидиса и премьер-министра Греции Кириакоса Мицотакиса. Формально цель проста — проверить, жизнеспособен ли проект в новых экономических условиях и заинтересовать инвесторов. Но на практике это решение вызвало противоположные интерпретации. На Кипре многие восприняли его как первый шаг к сворачиванию проекта. В Греции — наоборот, как необходимую стадию перед запуском.

Сигнал от рынка: проект не закрыт

Важный индикатор — реакция бизнеса. Французский промышленный гигант Nexans, один из ключевых подрядчиков проекта, официально сообщил о пересмотре графика работ. Для публичной компании подобные заявления — не формальность. Если бы проект закрывался, она была бы обязана уведомить инвесторов. Иными словами: проект не отменён, но поставлен на паузу.

Почему Great Sea Interconnector на Кипре оказался под угрозой?

Главная проблема GSI — экономика. Стоимость проекта остаётся высокой, а его окупаемость вызывает сомнения. Эксплуатационные расходы могут достигать 50–60 млн евро в год — серьёзная нагрузка для небольшого энергетического рынка Кипра. На этом фоне появляются альтернативы. И самая чувствительная из них связана с Турцией.

Турецкий фактор: дешёвая альтернатива и политический тупик

Анкара продвигает собственный проект кабеля между Турцией и северной частью Кипра. По оценкам, он:

• в четыре раза дешевле;
• значительно проще технически;
• имеет минимальные эксплуатационные расходы.

С экономической точки зрения это выглядит убедительно. Но есть одна проблема — политика. ENTSO-E уже дала понять: без согласия официального оператора Республики Кипр такие проекты не будут даже рассматриваться. Это фактически блокирует турецкий сценарий. Более того, даже внутри Турции признают, что подобный проект «политически невозможен» без изменения статуса Кипра. Тем не менее, Анкара продолжает использовать тему энергетики как инструмент давления, продвигая концепцию «двух государств» и подрывая устойчивость альтернативных проектов.

История GSI — это не только про кабель на дне моря. Это тест для Европейского союза: готов ли он инвестировать в стратегические проекты, даже если они дороги и сложны.

Кипр между экономикой и политикой

Ситуация осложняется внутренним контекстом на самом Кипре. Экономика острова демонстрирует устойчивость, но энергетическая стратегия даёт сбои. Задерживается запуск LNG-терминала, растёт неопределённость, усиливается политическое давление на фоне предстоящих парламентских выборов. В этих условиях позиция властей звучит всё более осторожно: Кипр готов участвовать в проекте — но «не любой ценой». Это отражает главный вопрос: стоит ли платить за стратегическую независимость больше, чем она может принести в краткосрочной перспективе?

Что дальше в Республике Кипр?

В ближайшие месяцы станет ясно, какая компания займётся обновлением технико-экономического обоснования. Именно этот документ определит будущее GSI. Если расчёты подтвердят жизнеспособность проекта, он может перейти к стадии реализации уже в конце десятилетия. Если нет — его ждёт либо радикальная переработка, либо заморозка.

С одной стороны — экономическая логика и риски. С другой — энергетическая безопасность и геополитика. Пока перевес не очевиден. Но уже ясно: Great Sea Interconnector — это больше, чем инфраструктура. Это линия, по которой проходит граница между политикой и рынком в современной Европе на Кипре.

Главное:

• GSI — единственный шанс Кипра выйти из энергетической изоляции в рамках ЕС.
• Проект не закрыт, но поставлен на паузу из-за экономических рисков.
• Турецкая альтернатива в четыре раза дешевле, но политически заблокирована.
• Обновлённое техобоснование в ближайшие месяцы решит судьбу кабеля.
• GSI стал тестом для Европы: готова ли она платить за геополитическую независимость?